Новый председатель карельского парламента Владимир Семенов – в прошлом успешный управленец и бизнесмен. Восемь лет возглавлял «Карелэнерго». Работал с Чубайсом, последние 5 лет трудился в Москве. Почему же променял энергетику на политику, а Москву – на Карелию?

«В конец света не верю»

– Как провели Новогодние праздники?
– В общении с семьей: женой, детьми, внуками. Ездили в Санкт-Петербург к дочке.
– Какими подарками вас порадовали?
– Свитер, галстук, ничего особенного, все из категории «домашнее, семейное».
– А в конец света верите?
– Нет. Календари-гороскопы – наверное, все это имеет право на жизнь, но нет объективных факторов исчезновения человечества. Если люди сами себе зла не сделают и разум победит – ничего не будет. В 1945 году подписали документ о незыблемости границ, и все – на этом надо успокоиться, дальнейшее копание в вопросе, чья земля кому-то когда-то принадлежала, приводит к переделу мира, а передел мира – это война.

Что делать?

– Вы сделали успешную карьеру в энергетике, в свое время возглавляли «Карелэнерго», потом переехали на хорошую должность в Москву. Почему так резко поменяли жизнь?
– Есть и объективные причины, и случай. В прошлом году я возглавил Карельскую тепловую компанию, чтобы помочь республике с отопительным сезоном. Тепловой бизнес сейчас в очень тяжелом положении. И мы с коллегами приняли решение, что надо быть депутатом, чтобы развивать это направление в энергетике, нужна трибуна, нужно принятие законов. От Карелии я никогда не отрывался, моя семья все 5 лет, что я работал в Москве, жила здесь, и каждые выходные я приезжал домой. Кроме того, глава республики попросил помочь с решением проблем по теплу.
– И каких же законов Карелии, по-вашему, не хватает?
– Закона о развитии производительных сил, источник которых – лесопромышленная, горно-добывающая отрасли. Мне не нравится положение дел в лесопромышленном комплексе Карелии. Что делать? Вот так, влет не отвечу. Но надо продавать лес не как сырье, а как уже готовый продукт. У меня нет пока подробной программы мер, но поставлена цель: создавать рабочие места, развивать экономику.
– Депутаты прошлого созыва карельского парламента на последнем заседании признавались, что так и не смогли кардинально изменить жизнь к лучшему. Вы не считаете, что возможности депутата весьма ограничены?
– Депутат – это прежде всего избранник народа. Если его народ избрал, то не важно, кем он был, какое у него образование, важно поставить цель – улучшить жизнь народа. Да, я мог не достичь цели, но сделал все, что от меня зависело. Когда говорят: «Не получилось», возникает вопрос: а что вы сделали, чтобы получилось, и кто вам мешал?
– В чем будете измерять, получилось или нет? Количеством открытых леспромхозов?
– Да, в том числе. Если просто принять закон, который не будет работать, значит, человек сделал одну десятую, нужно получить результат.

Слово «дотации» никто не отменял

– Не схватились за голову, объездив Калевальский и Муезерский районы, где вы избирались?
– Впечатления, признаюсь, тяжелые. Очень трудное положение с дорогами, с рабочими местами. После этих поездок для меня теперь не только энергетика главный фронт работы.
– Сейчас в лесных поселках нет элементарного – уличные фонари не светят, дороги не чистят, мусор не вывозят. Как быть, если бюджеты многих поселений мизерные?
– Вопрос решается просто. Бюджет всегда есть бюджет. Должно быть построчно прописано, на что выделяются деньги, и он должен исполняться. А посмотрите, как играют местными бюджетами, как можно заложить на освещение ноль рублей? Если не хватает денег, обратитесь в район, район – в республику, республика – в Федерацию. Слово «дотации» никто не отменял.
– Вам кажется, что сумма дотаций сейчас достаточна?
– Сколько бы вы ни давали, вам всегда будут говорить: «Мало». Нет такого понятия «мало», есть понятие «бюджет». Так будьте любезны составить так, чтобы работало на людей. Не хватает? Давайте тогда прекратим праздники. Я не понимаю, как можно устраивать фейерверк, если не горят лампочки.
– То есть вы против, когда чиновники покупают себе дорогие машины?
– Должен быть разумный подход. Есть люди разных уровней. Сегодня мы тратим миллиарды рублей на безопасность должностных лиц – и правильно тратим. Если должностное лицо покупает «Кадиллак» или «Феррари» – это излишество. Но если едет на служебных «Жигулях» – я бы снял такого человека с работы, потому что машина не обеспечивает безопасность того, кто выполняет государственные функции.
– А премьер Путин рекламирует «Ладу Калину»…
– Если депутат поедет на «Ладе Калине» – это нормально, но если глава республики – весь народ будет улыбаться. Если глава себе в личное пользование купит – то, наверное, да, можно, но не для работы. Вон, сугробы какие, посмотрите, придется эту «Калину» потом толкать.
– А у вас какая машина?
– «Тойота» джип, езжу на ней уже 5 лет. Я выбирал надежную машину, чтобы не лежать, как в ранней юности под «Жигулями».

«Я уже свое отбоялся»

– Считается, что политик должен быть этакой хитрой лисой…
– Мне сложно оценивать, кто такой политик. Я всегда работал технарем, управленцем, бизнесменом. Сейчас я пытаюсь слушать, учиться, наладить контакт между людьми.
– Чего-то боитесь?
– Как говорил герой одного фильма: «Я уже свое отбоялся». У меня пенсионная книжка в кармане, я состоявшийся человек, и сейчас занимаюсь тем, чем хочу. И когда мне говорят: этот влияет, тот влияет – мне это совершенно неинтересно. Я собираюсь работать, дело делать, а не бояться и держаться за должность.
– А если не получится улучшить жизнь людей?
– Наверное, люди мне должны будут сказать, что, мол, не тянешь. Тогда надо будет или улучшать работу, или заниматься чем-то другим.
– То есть, если что, сами уйдете?
– Да я хоть сейчас могу спокойно уйти и сесть на берегу озера с удочкой. Но это будет неправильно, люди меня избрали, депутаты попросили возглавить парламент.
– Вы рыбак?
– Да, люблю.
– Премьер Путин считает, что самая лучшая рыбалка – в Мурманской области, а вы родом оттуда. Что думаете?
– Рыбалка – она везде рыбалка. В Мурманске можно долго вылавливать большую семгу и получить удовольствие, и то же удовольствие будет сидеть на берегу карельского озера и вытаскивать плотву.

За Путина

– Вы баллотировались при поддержке «Единой России». Будете вступать в партию?
– Когда мои избиратели узнавали, что я не член партии, они говорили: «Здорово!» и задавали тот же самый вопрос. Прочитайте программы всех партий, они все одинаковы, я готов под всеми подписаться. Может, какая-то партия когда-нибудь убедит меня. Пока не убедили. Но я – член Народного фронта, и верю, что Владимир Путин – именно тот человек, который может и должен возглавить наше государство. Никто по-прежнему не прекратил какие-то геополитические амбиции. Государство должно быть мощным и сильным. Мы только-только встали с колен. Много ли мы сделали для пенсионеров, участников войн? Нет. Обижены ли те, кто когда-то строил государство? Конечно, обижены. Не должен участник войны ходить просить квартиру, его мы в эту квартиру должны на руках внести. Путин создал державу, у нас достойные военные, полицейские, теперь пора работать над социальными вопросами, которые мы упустили, просто не успели. Второй команды в стране нет, мы не созрели еще для этого. Я очень верю Путину.
– Почитаешь вашу трудовую биографию, складывается впечатление, что все у вас всегда шло как по маслу. Одни карьерные взлеты.
– Один из моих принципов: «Дорогу осилит идущий». Я никогда не делал карьеры, я работал, никогда не пытался показаться лучше, чем есть на самом деле. Мой отец меня учил, что человек – это дробь, в числителе у него то, что он о себе думает, а в знаменателе то, что он из себя представляет. Я всегда следил, чтобы в числителе у меня было побольше.

В Москве некомфортно

– В свое время вы работали с Анатолием Чубайсом. Каким он вам показался?
– Очень интеллигентный человек, с ним легко разговаривать, он никогда не ставит должность выше знаний. А то, что он в народе непопулярен – это история рассудит: что правильно, а что нет.
– Пришлась ли вам по вкусу жизнь в Москве?
– Очень сложный город, не город моей мечты. Много людей, машин, большое движение. Мне там некомфортно.
– С Интернетом на ты?
– Да. Читаю только новостные сайты, все комментарии. Сам никогда не комментирую.
– А когда о себе читаете, что чувствуете?
– Если это серьезная критика, то принимаю серьезно, думаю, что надо исправить. Если вижу, что человек хохмит, то смеюсь вместе с ним, даже если говорят плохо. Некоторые вещи нельзя воспринимать слишком серьезно.
– Так где все-таки больше нравится: в политике или в бизнесе?
– Не знаю, пока еще не понял. Могу сказать одно: мне нравится работать с людьми.