Разговорился с далеко не глупой девушкой о фильме «О чем еще говорят мужчины». Она была разочарована. Кино, говорит, не оставляет нам шанса. Там все семьи несчастны, все мужья изменяют, не мужья не женятся, всем, в общем, плохо. Потом подумала и говорит: «Нет, есть одна счастливая пара! Олигарх и хабалка! Вот он действительно ее любит». И мне, ей-богу, стал очень интересен полет ее мыслей.
Есть там такая отмороженная на всю голову дура. Она только орет, только хамит, причем всем, громко и на убой. А у нее есть муж. То ли бандос, то ли олигарх, который страстно мечтает ее послать, но боится. А в мечтах он ее вообще вешает. Смотрит на нее и представляет виселицу – на веревке она, а на ней табличка: «Эта сука испортила мне жизнь». И рядом еще одна виселица, а там «Ее мама».
– Какая же, – спрашиваю, – это счастливая семья? Она его унижает, а он мечтает ее повесить?
– Но ведь не вешает, – объясняет мне неглупая девушка. – Значит, он ее любит. Требует, чтобы ее обидчик извинился перед ней. То есть защищает ее честь. Не любил бы, давно б ушел.
И не важно, что он защищает ее честь через жуткое «не могу». Только потому, что иначе она его сожрет с костями и ботинками. Впрочем, она его и так сожрет, но это моей собеседнице кажется образцом счастливой семьи. То есть (сейчас внимательно!) пары, в которых мужья изменяют женам, а жены терпят и не уходят, кажутся девушкам несчастными, а пары, в которых унижают мужчин, – счастливыми. Бинго!
Я умышленно возвел свою неглупую собеседницу во множественное число, ибо, по-моему, она не одна такая. Помню, удрал один мой сокурсник от своей жены. Та впала в депрессию и как начнет страдать: «Двадцать лет вместе! За что? Не понимаю!». Дескать, уходя, он сказал, что она на него давила. А она не давила. Просто всегда была чем-то недовольна. Она всегда была недовольна и полагала, что у них счастливая семья. «Я и не знала, – говорит, – что вы на это так болезненно реагируете».
Одного моего товарища жена часто называет сволочью. Только он берется за телефонную трубку или садится перед телевизором, как она возникает рядом и требует, чтобы он красил дверь в туалете. Если он не слушается, она с неприязнью сообщает ему, что он сволочь! Он иногда рассказывает мне, как он несчастен, но не разводится. Ведь это такой геморрой. Дети, раздел имущества, скандал. Да и привычка. Тогда я решил послушать ее версию причин их неприязни друг к другу.
– Ну как, – спрашиваю, – Люся, семейная жизнь?
Жду, что она выплеснет на постылого сволоча всю свою дамскую печаль. Но вместо этого она удивленно поднимает на меня оба глаза и молвит:
– Так нормально все.
Ей кажется, что это нормально. Называть мужа сволочью – это нормально. Он же не уходит. Значит, любит... Нет, в этом ты не пойдешь! Ты не то купил! Я же просила зеленые! Надо поменять обои, надо поменять квартиру, надо поменять страну! Не то купил, зеленые, страну, туалет, картошку, хватит сидеть, поздно пришел, хоть бы ушел, мне абсолютно нечего надеть, тебе на меня наплевать, эгоист, яблоки, обои, балкон, картошку, хлеб, сыр, обои, квартиру, страну, майонез, только о себе, на меня наплева…, о детях поду…, не там, не туда, не то…
Но стоит мне про это написать, как они удивляются и говорят: «Ой, ты обращаешь внимание на такие мелочи. Зато мы с Никитой любим друг друга. Правда, Никита?». А рядом стоит Никита. В руках картошка, обои, пылесос, а в глазах – виселица. Вот она, по-настоящему счастливая ячейка общества. Ведь он не уходит. А значит, его все устраивает?